Политолог Дмитрий Сельцер: «Нас ожидают интересные события и политически непростые времена. Этим депутатам будет очень сложно во всех смыслах»

Наконец стало известно, какое именно число депутатов от разных партий займёт кресла в городской Думе. Имена некоторых из них, что шли по спискам, пока не называются. С учётом победителей и по округам, и по спискам, теперь состав городской Думы будет выглядеть так: 26 мандатов – «Родина»; шесть – «Единая Россия»; два – КПРФ и по одному у ЛДПР и «Справедливой России». О неожиданных результатах LifeTambov.ru поговорил с доктором политических наук, профессором Дмитрием Сельцером.

 – Как вы прокомментируете итоги голосования для «Единой России»?

– На мой взгляд, «Единая Россия» на выборах в Тамбовскую городскую Думу не заслуживала такого результата. Был подобран вполне адекватный состав кандидатов – сплав опыта и молодости: успешные в своих сферах деятельные и позитивные люди. Они вовсю использовали тактику командной работы, предприняли очевидную попытку наладить внятную связь с населением. Внешне все выглядело нормально. Кстати, о качестве кандидатов от «Единой России» говорит и то, как они восприняли поражение. Они его признали и поблагодарили жителей за политическое участие. Не все, но многие публично поступили именно так, создав прецедент для формирования в пространстве политики нормальных отношений. Те, кто сделал так, повели себя достойно и, думаю, заслужили уважение к себе. Это, кстати, сразу же формирует и их политические перспективы, ведь все мы знаем: время быстротечно, за состоявшимися выборами последуют другие.

– Как вы объясните причины поражения «Единой России»?

– У феномена поражения «Единой России» есть, на мой взгляд, три объяснения. Во-первых, пресыщение общества «Единой Россией». Сформировались партийные элиты не самого лучшего качества, склонные к единственно администрированию, что для партийных элит недопустимо. Это общероссийский феномен, имеющий различные региональные особенности. Тамбовские кандидаты от «Единой России» стали заложниками сложившейся ситуации. Самый яркий пример для меня – Альберт Дорожкин. Ну, кто для жителей округа может быть лучше – и по ресурсам, и по настрою, и по человеческим качествам? Избиратели, скорее всего, не понимают, кого не избрали.

– О каких ещё причинах можно говорить?

– За существенную часть кандидатов от этой партии в обычных обстоятельствах люди бы, я уверен, проголосовали. Ведь голосовали же они, что бы ни говорили, за действующего губернатора. Обратите внимание на разрыв в репутации Александра Никитина и «Единой России» – почти 80% у губернатора-победителя и немногим более 20% у проигравшей выборы партии. Мне скажут, что сравнивать региональные цифры поддержки губернатора и городские цифры голосования за «Единую Россию» некорректно. Хорошо, обратимся к цифрам собственно тамбовским. В Тамбове  Никитин набрал примерно столько же, сколько на городских выборах партия «Родина». На мой взгляд, это много. Представьте (обращаюсь к мужчинам), вы идете по улице, и вам улыбается каждая вторая девушка, встречающаяся на пути. Вот и Александру Никитину «улыбнулся» каждый второй избиратель. Если же говорить серьезно, то надо отчетливо понимать: в политике стремиться к электоральному гигантизму надо, но достичь такого результата сложно – конкуренция высока.

– То есть это история о конкуренции «Родины» и «Единой России»?

– Да, второе объяснение: та самая конкуренция в формате «Родины» и феномена Максима Косенкова. Скорее, даже просто феномена Косенкова. Вокруг него создан рабочий механизм политического воздействия. Но ведь «Родина» – это не только Косенков… Люди объединились вокруг него. Причем, не следует преувеличивать ни их оппозиционности, ни оппозиционности самого Максима Юрьевича. И он сам, и некоторая часть его актива имеет вполне успешный опыт государственного или муниципального управления. Сам Максим Косенков, скорее всего, едва ли скажет, что он – лидер оппозиции. Он точно не тамбовская вариация Алексея Навального. Если и говорить об оппозиционности в данном случае, то скорее как о межэлитной – столкновении интересов экс- и нынешних элит. Причем, не только политических и не только местных. Что-то мне подсказывает, что в этом проекте есть живые интересы и бизнес-элит, и элит с нетамбовской пропиской.

– Что депутатов от «Родины» ждет дальше?

 

– Если коротко, то нас ожидают интересные события и политически непростые времена. И добавлю: этим депутатам будет очень сложно во всех смыслах. Имидж мессии всегда недолог. И еще: многое зависит сейчас от настроя, здравомыслия и качества политического поведения всех основных действующих лиц, их способности и готовности искать компромиссы.

– Какова третья причина неудачи партии власти?

– Мне кажется, причина – в стратегии формирования политических процессов в области. Звучит непонятно, скорее всего, но, если коротко, то требуется корректировка стилистики и, самое главное, качества политического процесса, как и качества собственно политической работы. Я говорил о том, что эти выборы уже продемонстрировали тенденцию к формированию в ходе выборов нормальных политических отношений, что само по себе уже хорошо.

 

Политтехнологи знают, что курс Администрации Президента сейчас заключается в переходе от административных избирательных кампаний к технологическим, и это позиция самого Президента. В основе технологической избирательной кампании – ее аналитическое сопровождение на всех стадиях, начиная с этапа протовыборов, т.е. задолго до них, до завершения голосования. Избирательная кампания абсолютно точно предполагает ее разнообразие, как и объединение потенциала региональных элит. Как мы, политологи, говорим, необходим живой процесс превращения разобщенной элиты в элиту консенсуса, объединенную позитивной задачей. Вот в этом – аналитичности, разнообразии политических методов и взаимодействии с элитами – я и вижу большой потенциал работы для внутренней политики в регионе. Но это тема все-таки какого-то отдельного разговора; возможно, что и не одного.

 

Подготовила Наталья Старкова.